Главные вызовы мировой экономики в 2016 году

В преддверии открытия Гайдаровского форума представляем вашему вниманию материал, посвященный ситуации, складывающейся в российской и мировой экономике. Эксперт КФУ подвел итоги 2015 года для мировой экономики, нефтяного и финансового рынков, а также сделал свой прогноз на 2016 год в экономической телепередаче Economics.

Уже более года на студенческом телеканале Universmotri существует телепроект Economics, в рамках которого специалисты высказывают свою точку зрения на состояние и современные проблемы экономики.

В этот раз гостем программы стал доктор экономических наук, заведующий кафедры ценных бумаг, биржевого дела и страхования Института управления, экономики и финансов Игорь Анатольевич Кох, ведущий - Ренат Дашкин.

Ведущий: Развитие мировой экономики в 2015 году сопровождалось значительными изменениями - мы видели продолжение падения цен на сырье, постепенное восстановление развитых экономик, волатильность на мировых финансовых рынках и многое другое. По вашему мнению, на какой стадии в данный момент находится мировая экономика, и как бы вы охарактеризовали ее состояние в уходящем году? Какие факторы, на ваш взгляд, стали определяющими?

Эксперт: В целом надо сказать, что мировая экономика находится в состоянии весьма высокой турбулентности, волатильности. Это касается не только финансовых рынков, но и в целом экономических показателей. Мы ежегодно видим, что многие страны переходят из состояния экономической депрессии в состояние некоторого роста и обратно. Поэтому сказать, что нынешний кризис является классическим, наверное, нельзя. Этот кризис обусловлен длительным накоплением негативных явлений в мировой экономике, которые и породили такое неуравновешенное состояние, продолжающееся в течение длительного времени. Можно сказать, что нынешнее состояние ‑ это вторая волна кризиса 2007-2008 годов. Если говорить о факторах, которые определяли изменение мировой экономики, то, в первую очередь, это факторы, связанные с замедлением роста развивающихся рынков, изменчивостью цен на сырьевые товары, чрезмерными объемами задолженности в экономике между всеми субъектами - государством, корпорациями и домохозяйствами. Объем накопленных долгов в мировой экономике чрезвычайно велик, и это тоже порождает турбулентность.

Ведущий: Драйвер роста постепенно переходит от развивающихся экономик к развитым - мы видим, что США и Европа постепенно восстанавливаются, а развивающиеся рынки, наоборот, входят в полосу стагнации и снижения экономического роста. Чем можно объяснить данное явление?

Эксперт: Я бы не сказал, что развивающиеся экономики входят в этап стагнации. Да, темпы роста несколько сокращаются, особенно в Китае, Индии. Но это все-таки снижение темпов роста, а не экономик. Причем до показателей, которые многими странами рассматривались как весьма оптимистичные. Естественно, что никакая экономика не может расти вечно с очень высокими темпами. Понятно, что китайская экономика, которая растет небывалыми для мировой экономики темпами в течение 15 лет, не может продолжать рост с той же скоростью. Это нормальное явление. Поэтому не нужно говорить о том, что развивающиеся экономики входят в стадию стагнации - они просто начинают развиваться чуть медленнее. Причем это замедление во многом спровоцировано как раз негативными явлениями в развитых экономиках. Многие развивающиеся рынки во многом экспортно-ориентированы, и снижение спроса на различные виды товаров в Европе, США, Японии естественно заставляет китайскую экономику замедляться. Небольшой рост развитых экономик связан не с их выздоровлением, а с активными мерами правительств и центральных банков этих стран по насыщению экономик дешевой ликвидностью, что позволяло искусственно разогреть экономики и поддержать их рост. Но это не говорит, что данные экономики могут успешно расти самостоятельно, без такой внешней подпитки.

Ведущий: Многие экономисты говорят, что если Китай будет развиваться стабильно, то и мировая экономика будет расти. Неужели сегодня мир настолько зависим от китайской экономики и производимого ею спроса? Не кажется ли вам это новым риском, и насколько эта зависимость сильна?

Эксперт: Мировая экономика, безусловно, зависит от китайской экономики, но, наверное, не так однозначно. Скорее, китайская экономика зависит от экономик развитых стран как потребителей основной массы потребительских товаров, производимых в Китае. Как я уже сказал, замедление экономик развитых стран, снижение спроса в этих странах однозначно приводит к снижению производства в Китае. С другой стороны, экспортно-ориентированные экономики, в том числе Россия, зависят от китайского производства. Естественно, что если в Европе будет падать спрос, то и китайская экономика будет сокращаться.

Ведущий: Китайская экономика переходит на новый этап развития. Мы видим и перестройку на внутреннее потребление, и изменение валютной политики. Куда движется китайская экономика, и как долго этот переходный процесс будет продолжаться?

Эксперт: Китайская экономика движется по тому же пути, по которому двигались очень многие экономики, ныне достаточно высоко развитые. Китай перестает быть экономикой избыточно дешевой рабочей силы, за счет чего Китай обеспечивал высокие темпы роста. Сейчас постепенно благосостояние становится одним из приоритетов развития страны. Растут зарплаты, растет покупательная способность китайских граждан, растет доля производимых в Китае товаров, которые имеют внутренний спрос, падает доля экспорта. Но при этом в будущем будет страдать конкурентоспособность китайских товаров, так как они будут становиться более трудоемкими в силу повышения оплаты труда. Как долго будет продолжаться этот процесс, я ответить затрудняюсь, но, однозначно, это займет десятилетия. Все это время мы будем наблюдать сокращение темпов роста, так как рост будет происходить все от большей и большей базы.

Ведущий: Оглушительное падение мировых цен на нефть не привело к значительному росту глобальной экономики, как этого все ожидали. Мы увидели лишь полупроцентное увеличение мирового ВВП благодаря этому фактору. В чем причина такой реакции экономики? Почему падение цен на нефть не оказало более сильного положительного воздействия на мировой ВВП?

Эксперт: Тут, наверное, все-таки зависимость обратная: падение цен на нефть отчасти стало реакцией на сокращение экономики. В этом смысле не падение цен на нефть могло поддержать рост, а скорее, отсутствие роста экономики стало причиной падения цен на нефть - потребление сократилось. Соответственно, был переизбыток. А цены на нефть очень эластичны по спросу и предложению. Это значит, что незначительный дефицит или переизбыток могут спровоцировать значительное изменение цен, что мы и увидели. Падение темпов роста мирового ВВП вряд ли может быть поддержано только низкими ценами на энергоносители, поскольку выгоды от снижения, которые получают экономики энергопотребляющие, просто будут нивелироваться теми потерями, которые несут экономики энергопроизводящие.

Ведущий: Интересно узнать, каков все-таки характер нефтяного шока 2014-2015 годов, каковы его движущие силы и чем он отличается от предыдущих кризисов на данном рынке?

Эксперт: Если рассматривать чистую динамику цен на нефть, то просматривались некоторые аналогии с кризисом 2008 года. Тогда тоже мы имели картину резкого падения в несколько раз цен на нефть в течении нескольких месяцев. С другой стороны, в 2009 году мы увидели довольно быстрое восстановление этих цен, когда в 2015 году цены продолжали падать, задержавшись на 60 долларах, потом на 50-ти, сейчас они уже провалились ниже 40 долларов. Поэтому говорить, что модель универсальна, нельзя - в каждом случае есть свои нюансы и отличия. В частности, кризис в 2008-2009 годах удалось купировать масштабными денежными вливаниями, известными под названием количественное смягчение, которое проводилось в три раунда ФРС США и ЕЦБ. Тогда это сработало, но сейчас экономика уже менее восприимчива к таким мерам, к сожалению. Остановить падение экономик и цен на сырье довольно сложно, учитывая, что сейчас накладываются существенные политические риски, связанные с военными действиями в нефтяных регионах и подразумеваемой ценовой войной крупными игроками на нефтяном рынке. Так что этот кризис имеет свои отличия.

Ведущий: Значительные резервы и консервативная макроэкономическая политика позволили большинству крупных стран-производителей нефти справиться с фискальным стрессом и не допустить сползания в кризис в 2015 году. Чем может обернуться наступающий 2016 год для производителей нефти? И какие здесь будут инструменты урегулирования ситуации?

Эксперт: Почти все нефтедобывающие страны в период высоких цен на нефть создавали суверенные фонды, резервировали сверхдоходы от реализации нефтепродуктов за границу, то же самое делала и Россия. Отчасти эти резервы позволили смягчить удар по бюджету в 2014 и 2015 году и также будут позволять смягчать удары в следующие два года. В зависимости от того, сколько продлится период низких цен на нефть, будет зависеть то, насколько хватит этих резервов экономике. По крайней мере, по подсчетам российских экспертов, резервы, созданные российским правительством при разных вариантах развития событий, могут закончиться уже к 2018-2019 году. Поэтому в 2016 году несмотря на значительные потери бюджета удастся поддерживать на достаточном уровне расходы бюджета за счет использования ранее созданных резервов. Что будет дальше, предсказывать сложно, так как в случае исчерпания этих резервов придется либо ускоренно наращивать государственный долг, либо в большей степени сокращать расходы бюджета, что ударит по всей экономике и каждому отдельному человеку. В 2016 году мы таких крайностей не ожидаем.

Ведущий: Учитывая то, что сейчас конец декабря, как бы вы охарактеризовали состояние финансовых рынков в 2015 году, их изменение, и какие причины, которые повлияли на такую динамику, вы особо бы выделили?

Эксперт: Состояние финансовых рынков в целом соответствовало состоянию экономики – то есть характеризовалось чрезвычайно высокой волатильностью. Как это всегда бывает в период кризиса, выделяется один-два драйвера, которые влияют на рыночные цены активов. В случае с российской экономикой, этими драйверами стали цены на нефть и курс рубля по отношению к основным мировым валютам. Естественно, что каждая компания, представленная на рынке, реагировала на эти факторы по-разному. Но рынок в целом достаточно четко повторял динамику нефтяных цен и курса рубля по отношению к доллару. Я думаю, что в ближайшее время такая привязка, к сожалению, сохранится для рынка в целом.

Ведущий: Много говорится об информационной стратегии Федеральной резервной системы США и ее неоднозначном характере. Результаты многочисленных заявлений банка создали неопределенность на рынках. Стало ли отсутствие ясности в политике Федрезерва источником волатильности на рынках в 2015 году?

Эксперт: Я не думаю, что высокая волатильность является результатом невнятных заявлений ФРС. Скорее всего, все-таки волатильность является результатом экономической нестабильности, как в американской, так и мировой экономике. Заявления ФРС, как правило, пытаются каким-то образом эту волатильность сгладить. Иногда это удается, иногда даже словесные интервенции ФРС могут успокоить игроков, иногда, наоборот, заявления ФРС раскачивают рынок. Я думаю, что эти заявления преследуют цель нивелировать негативные движения на рынках, так как в принципе для любого рынка резкие движения противопоказаны. Пусть цены будут низкими, ставки высокими, курс высоким, но лишь бы все это было стабильным. Поэтому ФРС имеет целью стабилизацию рынков, но это не всегда удается, и рыночные силы оказываются более сильными, чем инструменты их регулирования.

Ведущий: Рубль показал более менее стабильную динамику в 2015 году - начинали год на уровнях 65-70 и, по видимому, заканчивать будем так же. Что из себя представляют факторы, которые действовали на рубль, и какова была роль Центрального банка в этом году?

Эксперт: Я бы не сказал, что рубль был достаточно стабилен - он вел себя крайне волатильно, в основном ориентируясь на нефтяные цены. Мы можем наложить графики валютного курса на графики движения цен на нефть и практически увидим, что пики на этих графиках совпадают по времени. Центральный банк в этом году постарался сохранить преемственность и стабильность денежно-кредитной политики, очень аккуратно снижая в течение года ключевую ставку с 17 до 11 процентов, с тем, чтобы не навредить курсу рубля и не разогнать инфляцию. Думаю, что пока признаков стабилизации на валютном рынке не будет, не будет и дальнейшего снижения процентных ставок. На что хотел бы обратить внимание, говоря о взаимоотношении и взаимосвязи курса рубля и цен на нефть. На то, что в течение этого года цена на нефть в рублевом исчислении значительно снизилась. Можно сказать, что рубль укрепился по отношению к нефти с учетом курса рубля к доллару. Если мы начинали год на уровнях рублевой цены на нефть в районе 3,5 тысячи рублей за баррель, то сейчас цена составляет 2,8 тысячи рублей за баррель. Это, с одной стороны, хорошо для валютного курса, с другой стороны - это снижение рублевой прибыли нефтяных компаний, снижение поступлений в бюджет, поскольку он формируется в рублях. Поэтому Центральный банк в этом году находился в очень тяжелых условиях, но смог все-таки сбалансировать интересы всех участников финансовых рынков и экономики в целом.

Ведущий: Один из иностранных инвестиционных банков предсказал рост рубля в 2016 году на 20 процентов в связи с геополитическим потеплением, более медленным, чем ожидается, ростом ставок в США, ростом цен на нефть и небольшим притоком иностранного капитала в Россию. Как бы вы оценили данный прогноз?

Эксперт: На целый год прогнозировать очень сложно, но 20-ти процентное изменение, как показали последние два года, - не так уж и невероятно для рубля. За последние 2-3 месяца рубль упал на 20 процентов, поэтому он с таким же успехом может и укрепиться при условии хотя бы небольшого роста цен на нефть, геополитического потепления и притока иностранного капитала. Все это действительно может быть, это не что-то такое из ряда вон выходящее. За последние два года большая часть спекулятивного капитала, которая могла бы быть выведена из России, уже выведена, поэтому продолжение оттока капитала такими темпами просто физически невозможно. Естественно, если будут происходить положительные изменения в мировой политике, то можно ожидать притока. Поэтому прогноз реалистичен.

Ведущий: Последний вопрос хотелось бы задать, возвращаясь к началу нашего разговора о мировой экономике. Какие глобальные вызовы стоят перед миром, мировой экономикой в 2016 году? Чего стоит опасаться, на что можно надеяться и что ожидать в наступающем новом году?

Эксперт: Глобальные вызовы остаются те же самые, что и в предыдущем году. Это геополитическая нестабильность: мир втягивается в череду валютных, экономических, таможенных войн, санкций, контрсанкций. Все это не способствует нормальному развитию экономики. Известно, что люди любят тишину, а не войну. А учитывая, как быстро возникают новые очаги напряженности, наверное, это является очень важным возовом для мировой экономики, которая может отреагировать непредсказуемо. Второй вызов - нерешенная проблема долгов и усугубляющийся характер этих долгов. Развитые экономики прочно подсели на дешевые денежные вливания. Уже несколько лет ставки в развитых экономиках близки к нулю, и это сейчас не стимулирует экономику, а только обеспечивает новыми долговыми обязательствами, которые нужно обслуживать. Это крайне негативный фактор. Мы помним долговой кризис в Еврозоне, связанный с греками, португальцами, испанцами - этот кризис продолжает существовать. Не говорим даже о долговых проблемах США, Японии и о том, что многие развитые экономики перестают работать самостоятельно без дополнительных вливаний со стороны центральных банков.